Friday, April 3, 2015

К вопросу об «особой» породе коней и круге фамилий, связанных с ее разведением

http://osradio.ru/etnografija/76232-k-voprosu-ob-osobojj-porode-konejj-i-kruge.html


Мадина ТЕЗИЕВА

Как известно, «особая» порода богатырских коней фигурирует во всех вариантах нартских сказаний: свои многочисленные победы герои одерживают при помощи необыкновенных коней, переплывающих моря. Объем материала о «чудесном» коне настолько внушителен, что есть смысл рассматривать его по вариантам нартских сказаний. В этот раз рассмотрим этот персонаж на ингушском материале: богатырский конь, живущий на краю сада в подземелье, - постоянный персонаж ингушских народных сказаний, устных преданий. 

Ингуши связывают «особую» породу богатырских коней с именем нарта Соска Солса (другой вариант его имени - Сиксолса). Сиксолса жил в башенном ауле Лялах (1, с.314) и являлся членом родоплеменного общества Чулхой, в которое входили жители башенных аулов Маготе, Салги, Хяни, Лялах, Кязи, Бишт, Тумаг, Хули, Гув. Но не только у нарта Соска Солса был богатырский конь. Обладателем «турпалова» коня является также нарт Сятал. Его богатырского коня звали Дурс (1, с.214). Богатырский конь есть и у Хамчи, сына нарта Фярга: у него был свой, особой арабской породы конь, величиной с верблюда. В то время как чужие кони только могли переплывать Терек, его конь с места перепрыгивал через Терек, а затем вновь прыгал на этот берег.
«Подобный тигру жеребец», часто называется «турпаловым». Ингуши называют богатырского коня «турпаловым» конем, то есть конем, который принадлежит турпалу: «Жил-был между галгайцами турпал по имени Солсан, сын Соски. На крылатом коне, перескакивающий с горы на гору, разрубая своим богатырским мечом скалы, разгуливал Солсан по всем Кавказским горам» (1, с.114).
В сказании «Барханоевский Пхагал-Бяри» упоминается человек по имени Тур, который построил девять башен. Землетрясение уничтожило его село. Он поднялся выше и снова заложил семь башен. Был у них свой жрец и три священных быка. Наибольшую известность получил потомок Тура - Бяри. Такое прозвище он получил из-за необыкновенного вороного коня. Конь его всегда чувствовал опасность, угрожающую хозяину, и уносил его с этого места. Конь мог внезапно присесть, и стрела пролетала над его головой, мог прыгнуть в сторону, как заяц, и отсюда его второе название «Пхъагал-Баьрий», то есть «всадник-заяц» (1, с.324)
Особый интерес представляет топонимика, связанная с «турпалом». Например, в Кадуйском районе Вологодской области и сейчас существует деревня под названием «Турпал». Любопытно, что эта деревня стоит на реке под названием «Неге» («турпал» в ингушских сказаниях всегда идет в одной связке с «неге»). Однако специальных исследований на эту тему мною не обнаружено. Как сказали бы приверженцы «ностратической» теории в месте, маркером которого является турпал/неге, надо производить археологические раскопки. И, скорей всего, они оказались бы правы!
Содержание богатырского коня в темноте является обычным для всех сказаний о турпалах. Мать Соска Солса говорит сыну: «На краю нашего сада имеется большое подземелье. В нем стоит твой конь». Соска Солса идет по указанному матерью «адресу»: «Соска Солса увидел в подземелье богатырского коня» (1, с.58).
Интересно, что в сказании «Пахтат, рожденный кобылой», вход в подземелье, где содержится необычный конь, закрывает большой синий камень: «Если ты поднимешь во дворе нашего дома большой синий камень, то заметишь дверь в подземелье, открой ее и увидишь другую дверь. Всего их девять. Откроешь замки всех дверей - увидишь коня, на которого садятся всего лишь раз в год» (1, с.135).
В сказании «Как Сеска Солса похитил девушку» богатырь назван этническим «мелхистинцем» (группа, родственная ортсхоевцам-карабулакам): «Его конь никого к себе не подпускал. Если Сеска Солса садился на какого-нибудь другого коня, то у того ломался хребет. Таким огромным был Солса. Сам он был из мелхистинцев» (1, с.113).
В некоторых сказаниях приводится имя богатырского коня: «У Сеска Солсы был конь по имени Гольг» (1, с.174). Что означает имя «Гольг» - мне неизвестно. «Семиаршинный и всеведающий конь» (1, с.75) Сеска Солса переправлял своего хозяина даже в Самарканд: «Прискакав в Самарканд, Солсан познакомился с ханом Тимур-Аксаком» (1, с.115). Интересно, что существует ингушское предание о роде Баркинхоевых, предок которого увел в плен сына Тамерлана (Тимурленга, Хромого Тимура) (1, с.115)
Интересно описание мест, связанных с турпалом. У горы Цели-корт есть место, которое жители связывают с турпаловым конем: «Соска Солса был человеком бывалым, необычайно сильным и смелым. Также был силен и его конь, свободно перескакивавший с горы на гору. У горы Цели-корт, где некогда пасся его конь, есть место, похожее на лежащий огромный стрелковый луч. Растущая там «черная» трава настолько любима скотом, что он съедает ее до самого корня. Коня этого Соска Солса кормил вареной пшеницей. Сам Соска Солса был сделан из каленой стали» (1, с.89)
С богатырским, «турпаловым», конем в сказаниях ингушей связан мотив моря, мотив морской битвы. В сказании «Сын нарта» герою говорят: «Твоего отца убил семиголовый вампал (неге), сидящий в море. Если ты вскопаешь во дворе землю, то увидишь девять ям с девятью дверями; если взломаешь все двери, увидишь коня. Если ударом мизинца осилишь коня - значит, можешь ездить на нем». (1, с.148).
Герой идет на дно моря сражаться с убийцей своего отца: «Ты оставайся с моим конем у моря. А я пойду на дно морское сражаться с убийцей отца. В четверг взглянешь на море. Я буду сражаться с морскими вампалами (неге), море разыграется и будет все в крови и пене, польет сильный дождь. От скрежета зубов вампала засверкают молнии. Тогда отпустишь моего коня, и он придет ко мне на помощь» (1, с.149).
В сказании «Как изжили обычай «цет»» (обычай, когда с убитого врага брали «цет», то есть по локоть отрезали у него правую руку, а затем прибивали ее или к воротам, или к стене башни) говорится: «Славным героем был Петарза. На всю страну был знаменит и его серый конь, голени которого были черными. Черный нарт по имени Охло ночью выкрал этого коня. Тем самым Петарза был опозорен. Он не знал ни имени, ни места жительства похитителя коня. Не раз он при большом стечении народа объявлял большую награду тому, кто назовет похитителя, но все было бесполезно. И тогда Петарза решил обратиться к зираку - ведуну и мудрецу. Зирак предложил ему явиться на следующий день, а сам ночью взобрался на высокую гору и стал следить за звездами. Он умел с ними разговаривать. Но звезды на сей раз молчали. Наконец взошла Утренняя Звезда. Когда зирак обратился к ней, она ему ответила, что похитителя зовут Охло и что живет он у моря». (1, с.178). Петарза отправляется к морю.
Что касается «морского» мотива, то интересно сравнить ингушские сказания с кабардинским преданием о «Кабанском князе» и происхождении шолохской породы лошадей (2). Это предание было записано осетинскими исследователями Д.В.Сокаевой и Г.В.Чочиевым в октябре 2012 года в Анкаре, на турецком языке со слов Ибрагима Абазэ, этнического кабардинца. Интерес также представляет для сравнения осетинский фольклорный цикл преданий, легенд и героических песен о Мзорты Мзоре и Куцыкты Куцуке (3, с.35-41). Необходимо также сравнить информацию об ингушском «турпале» с кабардинским песенным циклом про Айдемыркана, воспитывавшегося при дворе крымского хана Довлеет-Гирея (4) и казачьим эпосом (5).

Литература
1. Ингушский нартский эпос. Составитель - И.А.Дахкильгов. Нальчик, ООО «Тетраграф», 2012
2. Кабардинское предание о «Кабанском князе» и происхождении шолохской породы лошадей. Известия СОИГСИ. №10 (49), 2013
3. Сокаева Д.В. Указатель осетинской волшебной сказки. Владикавказ, 2004
4. Сборник материалов для описания племен и местностей Кавказа. Тифлис. 1881, 1886, 1888. Выпуски 1,5,6.
5. Казачий эпос. Тома 1-2. Составитель - А.Н.Иванов. Серия «Памятники русского музыкального фольклора». ГРЦРФ. 2014
Полностью текст статьи опубликован в только что вышедшем шестом выпуске владикавказского сборника «Генеалогия народов Кавказа» под редакцией доктора исторических наук Ислам-Бека Марзоева.
На фото: фрагмент картины осетинского художника Ахсара Есенова "Скифская ночь"